Интервью с певицей Викторией Черенцовой

Все вы, конечно, смотрели супершоу «Голос» на Первом канале и переживали каждый за своего любимца. Хочу вас обрадовать — сегодня вам повезло вдвойне!
Российский уроженец Нью-Йорка, полуфиналист шоу в команде Димы Билана и участник американского аналога «Голоса» — American Idol, красавчик Андрей Цветков выступает в роли... журналиста. А интервью ему дает южноуральская исполнительница, обладательница необычайно сильного и глубокого голоса, автор собственных неконъюнктурных, но очень мелодичных песен Виктория Черенцова, которая не только приоткроет тайны закулисья проекта «Голос», но и расскажет о своем новом интереснейшем проекте!

Андрей Цветков: Вика, здравствуй!
Виктория Черенцова: Здравствуй!
Андрей: Скажи, вот вся информация о твоем детстве, о твоем раннем творчестве, которую удалось найти в интернете...
Виктория: Это все вранье!
Андрей: Ну так расскажи всю правду! Хотя, на самом деле, там ничего особенного и нет, разве что пишут о том, что у тебя обычная семья, которая любила в основном западную музыку, Уитни Хьюстон, в частности... То есть, насколько я знаю, даже по себе, в твоей жизни должно было произойти что-то необыкновенное, чтобы ты вдруг поняла: музыка — это твое основное занятие. Какой-то судьбоносный момент — выступление на школьном утреннике, когда, к примеру, директриса заплакала и убежала... Как это случилось у тебя? Как ты поняла, что ты хочешь быть певицей, и все это признали?
Виктория: Действительно, все произошло в какой-то степени случайно. У моей сестры заболела бэк-вокалистка, и я в 4 года вышла заменить ее, пела на площади.
Андрей: 4-летняя бэк-вокалистка?
Виктория: Да.
Андрей: Интересно. Я вообще много видел разных бэк-вокалисток, в том числе беременных на 8 месяце, но вот про 4-летних слышу впервые. И куда это в итоге тебя привело? Как закрутилось-понеслось? Ты пошла учиться дальше?
Виктория: Нет, я не училась ни в музыкальной школе, ни в вузе никаком музыкальном. Я до сих пор не знаю нот... Вернее, я знаю их названия, могу понять, где они на клавиатуре — если от «ля» отсчитывать, определю все остальные. А так все играю на слух, неплохо владею пианино, немного гитарой, но это не мой любимый инструмент. Пианино мне ближе... Еще в школе я стала петь в «Уральских казачатах», у нас собрали такую группу; потом — в рок-группе «Версия Х». А после этого уже переехала в Москву, где нас собрали в составе группы «Ч».
Андрей: Кстати, что касается группы «Ч» — это коллектив исключительно в таком составе, когда ты — вокалист, а сзади тебя — группа, или они существуют независимо от тебя?
Виктория: Поначалу это были музыканты, которые получали деньги за свою работу.

Интервью с певицей Викторией Черенцовой
Андрей: Это понятно, что поначалу они играли, что называется, и там, и сям... Но вот именно этот состав — это твоя идея? Материал группы «Ч» - это твое, собственное?
Виктория: Нет, это все не мое. Вообще, когда я приехала в Москву, первый год я работала в офисе, и параллельно мы все занимались проектом «Ч». Потом я подписала с ними контракт. Песни были не мои, их писал продюсер этого проекта. Но после четырех лет работы мы поняли, что нам с ним не по пути.
Андрей: А как ты пришла к тому, что это не твое? Как ты поняла, что хочешь петь сама?
Виктория: Вообще, я всегда хотела петь сама, и именно свои песни. Я считаю, что если певец не пишет стихи и музыку, то это просто ремесло, по сути — пустое занятие.
Я не понимаю людей, которые идут учиться в консерваторию для того, чтобы потом петь в ресторанах. Я, например, получила первое образование программиста, второе — телеведущего. То есть в принципе у меня есть запасной плацдарм, куда я могу податься, если не смогу больше петь, не смогу больше писать, если меня вдруг внезапно перестанет посещать муза...
Мне многие люди говорили, что в этом я не права, но мое личное мнение — тратить время на то, чему можно научиться самому, бессмысленно. Я думаю, это мое мнение имеет право на существование.
Андрей: Да, конечно. Тем более, что оно совпадает с моим...
Виктория: Я вижу смысл в том, чтобы научиться чему-то новому, чего ты не умеешь, и чем ты сможешь в итоге зарабатывать деньги. Поэтому я не получала специального музыкального образования, да и не было у меня такой возможности. Меня многие троллят по этому поводу, говорят — вот, а в Советском Союзе музыкальные школы были бесплатные...
Дело не в этом. Просто я жила в деревне, до музыкальной школы было 7 километров, транспорт ходил нерегулярно. В общем, ходить в эту школу у меня просто физически не было возможности. А дома было пианино, и я спокойно училась на нем играть сама по себе.
Андрей: Может быть, это действительно к лучшему. Вот, например, когда учителя по литературе пытаются тебе вдалбливать, что думал и чувствовал тот или иной герой, а у тебя совсем другое на этот счет мнение... Так же бывает и в музыке. Пока сам не прочувствуешь и не поймешь, что это такое...
Виктория: Андрей! Представь себе, что у нас откроют институт писателей. Будут учить людей писать какие-то произведения, придумывать сюжет, описывать героев... Ну это же бред!
Андрей: Нет, понятно, что есть определенные каноны, какие-то технические детали... Но вкладывать в это смысл они тебя не научат.
Виктория: Ну так для того, чтобы все это изучить, нужно много читать, слушать и петь.
Андрей: Теперь хотелось бы спросить тебя о репертуаре, и заодно вспомнить об одном замечательном проекте.
Виктория: Только об одном проекте?

Интервью с певицей Викторией Черенцовой
Андрей: Могу о двух проектах расспросить. Но раз уж заговорили о репертуаре, — изначально в проекте «Голос» шли разговоры о том, какой фурор производят западные песни, каверы на западных исполнителей... Вроде как эти певцы не делают ничего нового, что-то сами по себе воспроизводят, а по-русски у нас никто не поет, никого это не впечатляет. Тебе же удалось развернуть сразу четырех человек, исполнив русскую песню, и это был достаточно редкий случай за все уже 4 сезона проекта.
Виктория: Это правда?
Андрей: Да, абсолютная. В сезон твоего участия все 4 наставника повернулись к исполнителю, поющему на русском, всего 2 раза. Ты действительно произвела фурор именно русской песней.
Виктория: Спасибо, очень приятно!
Андрей: Да... Так вот, что для тебя русский репертуар? И что для тебя западный ресторанный репертуар вроде Sunny Yesterday My Life, когда можно, что называется, жахнуть и поорать? Почему-то именно русское в твоем исполнении нравится больше...
Виктория: Вот мы с тобой сейчас на каком языке разговариваем?
Андрей: На русском, разумеется.
Виктория: А думаешь ты на каком языке?
Андрей: Иногда и на английском думаю, да.
Виктория: Значит, есть за тобой такой грешок...
Андрей: Да, не без этого.
Виктория: Просто я живу, дышу, думаю, разговариваю на русском языке, так на каком языке мне петь? Если люди в нашей стране думают на русском языке?.. Это самый богатый язык во всем мире! И ради чего нужно пытаться выразить что-то на иностранном языке? Чтобы тебя никто не понял? Петь на иностранном языке, чтобы скрыться за этими якобы красивыми словами?
Андрей: Тебе, кстати, это удается. Понятно, что другая фонетика, другая мелодика языка...
Виктория: Я понимаю, что это звучит грубо для иностранцев... Английский язык — он очень тягучий, хорошо подходит для песен. Но когда я стала петь на русском во всех возможных трансляциях, мне пишут люди со всего мира: «Как жаль, что я не знаю русского языка!» Пишут люди из всех бывших союзных республик, из Прибалтики, они говорят: «Как же здорово слушать русский язык!»

Интервью с певицей Викторией Черенцовой
Андрей: Ну да, песня — это своего рода перформанс, и ты доносишь до слушателя свои мысли, чувства, эмоции... А может быть, дело еще и в тебе...
Виктория: Я просто очень коротко отвечу, русский язык — это Россия, это моя Родина. Я не могу думать на каком-то другом языке, я не могу себе позволить не использовать этот язык в своем творчестве. Я пою английские песни периодически, почему нет? Я даже несколько песен на английском сама сочинила! Но я не думаю на этом языке, и те образы, которые на русском подбираются, на английском никогда не передашь. Да и не поймут — не тот менталитет. Вот земляника спелая с парным молоком — ну как это?

Андрей: А сама себя слушать любишь?
Виктория: Да, периодически слушаю. Но, главным образом, для того, чтобы уловить какие-то косяки, понять и исправить недочеты, отработать какие-то сложные места.
Андрей: А про английский репертуар что скажешь? Особенно интересуют песни мейнстримовские для всех исполнителей, знакомых твоих и моих еще по проекту «Голос».
Виктория: На самом деле планирую исполнять как раз только мейнстримовское. Насильно петь не буду. Мы даже в группе «Версия Х» все песни из репертуара Deep Purple, Led Zeppelin переделывали на русский язык, писали на их музыку русский текст. И это не потому, что мы не можем разговаривать по-английски, а потому, что мы не можем не разговаривать по-русски!
Андрей: Понятно, похвально! Теперь по поводу других проектов: хочу тебе сделать еще один комплимент. Если судить по моим знакомым с «Голоса» , многие переползли на ВГТРК, на их новый проект «Главная сцена».
Виктория: А в какой они там роли?
Андрей: В роли помощников наставника — Наргиз и Антон Беляев, а все остальные пошли туда как конкурсанты. И еще многих из нас туда приглашали. Ты же качественно отличаешься от них, потому что ты, и еще Ярослав Дронов и Элина Чага, - это те, кто с «Главной сцены» как раз попадал, проходил на «Голос» уже после «Фактора А». Я считаю, именно в этом - качественный рост, что встречается гораздо реже.

Интервью с певицей Викторией Черенцовой
Виктория: Я не знала, что есть какая-то определенная политика в этом вопросе. Ты мне сейчас об этом рассказываешь — так для меня это открытие!
Андрей: И тем не менее — тебе удалось с ВГТРК прийти на Первый, хотя обычно происходит наоборот. Можешь рассказать, в чем разница, в чем сходство, какой выхлоп был от того и от другого и что вообще, может быть, качественно поменялось?
Виктория: Для меня ничего не поменялось, даже павильон съемочный один и тот же.
Андрей: Я имею ввиду не сами проекты...
Виктория: Я не успела «Голос» распробовать, меня на следующем этапе с позором выгнали...
Андрей: Да нет, не с позором. Номер был достаточно интересный. Просто зачем ты пошла 15-й к Агутину? Нам всегда говорили, у кого сколько мест осталось.
Виктория: А мне никто ничего не сказал. Когда я выходила на сцену, я была в полной уверенности, что у него есть место.
Андрей: Значит, он сам виноват.
Виктория: Мы даже переснимали момент, когда наставники поворачивались, потому что у Градского сломалась кнопка, и его кресло не повернулось во время моего выступления. Тогда остановили съемку, и с середины песни переснимали заново.
Андрей: Да, такого, по-моему, тоже никогда не было!
Виктория: И вот когда я уже пошла к Нагиеву за сцену, он и спросил: «Ты понимаешь, что только что произошло?» Я говорю: «Да, они же повернулись все». Просто до этого я «Голос» не смотрела и не знала, какие там правила. Думала, повернулись — здорово, классно! Мне сказали: «Кто повернется, к тому можешь пойти». Все четверо повернулись, и я пошла к тому, к кому изначально хотела... Еще Нагиев спрашивает: «Тебе сказали, что ты практически лучшая?» Да как они могли сказать, они к 40 людям до этого повернулись, почему именно я лучшая? Мне было даже смешно. А Нагиев продолжает: «Ты понимаешь, что ты 15-й участник?» А я и не знаю, сколько должно быть... «Четырнадцать! Ты лишняя!» Вот тут мне слух и резануло, именно это слово «лишняя»... Когда я вышла на сцену, на языке вертелся вопрос «Можно ли поменять выбор наставника?» Но я не решилась, потому что они до этого уже прерывали съемку, ремонтировали кнопку... И подумала — Агутин так Агутин, пусть все остается так, как есть.

Интервью с певицей Викторией Черенцовой
Андрей: Что ж, пути Господни неисповедимы...
Виктория: Зато я первый участник за все сезоны, которая 15-й была!
Андрей: Да. Опять же, четверых наставников собрала с русской песней. Более того, у тебя просмотров за 2 миллиона уже на том же «Шопене»... Так что выхлоп получился не от количества этапов, а от качества каждого из них. А что получилось в итоге после всех этих проектов вообще?
Виктория: После «Фактора А» поменялось очень многое. Общение с Аллой Борисовной очень сильно поменяло мое мировоззрение, с Лолитой, да со всем руководством, мы все друг с другом тесно общались. Там вообще атмосфера была потеплее, чем на «Голосе», скажу честно.
Андрей: У «Голоса» формат такой, протокол...
Виктория: Да, на «Голосе» все было по-другому, отношение какое-то к участникам... Трудно даже слово подобрать подходящее... Невнимательное — ну есть ты и есть. А на «Факторе» нас просто, видимо, было мало, поэтому и внимания уделялось больше. За нами ухаживали, талончики на еду давали... На «Голосе», конечно, такого не было, и отношения с наставниками более прохладные.
Андрей: Теперь в твоем творчестве, я бы сказал, волна какая-то невероятная, дикая захлестнула тебя. Пение в машине - формат, который уже разработала ты сама? (Виктория целиком исполняет авторские песни под собственные аранжировки прим.ред) Он такой, я бы сказал, целостный. Сейчас уже какие-то невероятные волны репостов пошли, фурор просто. Как ты додумалась до того, чтобы начать петь в машине, и самый главный вопрос — куда ты едешь все время?
Виктория: Я занятой человек, у меня ремонт. Я постоянно езжу из одного строительного магазина в другой. Потом из магазина домой, из дома на дачу что-то везу. В общем, вью гнездо, поэтому сейчас постоянно в режиме езды. Учитывая еще и то, что я постоянно езжу по концертам, работаю у Дмитрия Анатольевича Певцова на бэк-вокале... Пока доберешься дотуда, пока обратно приедешь, идет время, которое надо чем-то занимать.
Когда появился «Перископ», стала выходить в сеть, и однажды решила показать людям свою музыку. И с тех пор так и повелось, стала петь в машине. Этот формат меня не отвлекает, даже от вождения, хотя слушатели постоянно ужасаются: «Держись за руль!», «Смотри на дорогу!», «Хватит петь!» Мне удивительно, почему люди об этом вообще говорят. Все же разговаривают за рулем, даже по телефону. А я всего лишь еду и пою.
Я смотрю по всем зеркалам, вижу все впереди, держу дистанцию, в общем, делаю все, чтобы участники дорожного движения вокруг меня были в безопасности. И все равно люди переживают.
Я не знаю, почему этот формат так выстрелил. Скажу честно, у меня не было цели прославиться за счет этого.

Интервью с певицей Викторией Черенцовой
Андрей: То есть поначалу ты таким образом просто убивала время?
Виктория: Да. И это до сих пор так и есть. Мне нравится петь — почему бы этого не делать? Людям нравится, как я пою — почему не делать этого для них? Вот потому и пою.
Андрей: Ну что ж, пожелаю тебе и дальше развиваться в этом направлении, интересно, во что же это выльется... Получается, что это у тебя полноценный видеоблог, ты уже зарекомендовала себя как блогер. Ты же принимаешь пожелания какие-то от слушателей?
Виктория: Конечно.
Андрей: Значит, действительно получается непосредственное общение с людьми.
Виктория: Я в один прекрасный момент поняла, что людям не хватает близости с тем человеком, который для них что-то делает, например, поет. Вот наши многие «звезды» так сильно дистанцировались от зрителя, вокруг них охрана, их дома за высоченными заборами...
Андрей: А ты сама сидишь в Range Rover, ты не дистанцировалась?
Виктория: Да у меня даже стекла не затонированы!
Андрей: Ну да, кроме задних. С остальных просто сняла тонировку...
Виктория: У меня нет такой цели — скрыться от людей. Я считаю, что чем человек более открытый, тем меньше опасностей его подстерегает. Вот у меня на данный момент не так много недоброжелателей, гораздо меньше, чем у большинства певцов. Может быть, их даже нет вообще, или я их просто не воспринимаю таким образом, живу в розовых очках.
Люди становятся к тебе добрее, когда ты ничего от них не скрываешь, не пытаешься строить из себя то, чего ты не представляешь из себя. Ты такой, какой есть.
Андрей: Действительно, именно такая мысль возникает, когда смотришь твои видеозаписи. Все просто, без пафоса, ничего лишнего, это и подкупает. Что ж, удачи тебе с этим проектом, посмотрим, что получится. Может быть, ты его даже монетизируешь в будущем...
Виктория: Это вряд ли.
Андрей: Ну и давай закончим интервью вопросами, которые тебе потом захотелось бы перечитать и вернуться к ним.
Виктория: Хорошо.
Андрей: Кем ты видишь себя в будущем? Что будет через 5 лет? Через 10 лет?
Виктория: Я даже затрудняюсь ответить, кем... Может быть, мамой... Ну и певицей, конечно.
Андрей: Значит, продолжается творчество певицы Виктории Черенцовой, и появляется семья.
Виктория: Многодетная...
Андрей: Это хорошо! Мальчик? Девочка?
Виктория: Сначала мальчик.
Андрей: Ну вот и проверишь потом, сбылось или нет.